Валентина откинулась на мягкие подушки дивана и блаженно закрыла глаза. Ах, как же хорошо… Из салона красоты она вернулась час назад. В этом доме она была королевой. Нет, императрицей! Пассивный доход от вложений папочки, работа в галерее для души, покладистый муж Костя, готовый на все…
«Эх, если бы еще эта старая карга не лезла…» – вздохнула она, вспомнив о матери Кости. В последнее время та совсем обнаглела.

Не прошло и пяти минут, как пронзительный звонок в дверь вырвал ее из нирваны. Нехотя поднялась и пошла открывать. Настроение испарилось.
За дверью стояла… мама Кости. С двумя огромными чемоданами.
– Я у вас жить буду! – с порога заявила Яна Радионовна, даже не поздоровавшись.
Валентина опешила. Что?!

– Врач велел мне пожить с сыном, – продолжала мама, втаскивая чемоданы в прихожую. – Здоровье, говорит, поправите. Так что ты, Валюша, собирай манатки и вали отсюда. Чтобы на нервы мне не действовала! А если хочешь, чтобы я ушла – дай мне денег!
Валентина стояла перед ней с кружкой остывающего кофе. Медленно на ее губах расцвела улыбка. Но это была улыбка хищницы, которой надоело притворяться домашней кошкой.

– Да когда же ты уже подохнешь, калоша старая? – спокойно, почти ласково проговорила Валя. – Вали нахрен в свою коммуналку и больше не выползай! Хватит мне одного альфонса на шее. Так этот хоть как мужик старается… А ты что?
У Яны Радионовны задергался глаз. Она пошатнулась. Такого поворота она не ожидала.
– Ты… ты что сказала? – задохнулась она от возмущения.
– А то, что слышала! Ты чего, старая, страх потеряла? А ну иди отсюда!
– Я мать! Я мать твоего мужа!

– А я его жена. Поняла? При-вет, Яна Радионовна! – Валя ухмыльнулась и спокойно пошла на кухню.
Мама Кости осталась стоять посреди прихожей. Только сейчас до нее начало доходить, как глупо она поступила. Думала, раз сын удачно женился, то и ей что-то перепадет.
Валя появилась в дверях кухни с бокалом вина.
– Ты меня что, так долго терпела? – с горечью спросила мама. – Я сказала: буду с вами жить! И точка!
– Че-го? – Валя презрительно посмотрела на нее. – Давай, вали отсюда по-хорошему.
И тут Яна Радионовна вспыхнула:
– Да ты же неблагодарная дрянь! Я же сына для тебя вырастила!
– Это как же забавно… Сначала сынок у меня на шее, а теперь еще и мамаша туда же лезет. Трогательная семейная традиция!

– Костя – мой сын! Он меня не бросит!
– А знаешь, что мне вчера сказал твой сын? «Мама всю жизнь за меня все решала. А теперь ты решаешь. А я устал быть между вами». Так что он выбрал меня! И кстати, в свою коммуналку можешь его забрать когда захочешь. Только тапочки ему купи – знаю, какие там у вас полы холодные!
Валентина буквально вытолкала маму за дверь и захлопнула ее. Потом вышла на балкон, закурила. Теперь она ждала Костю, чтобы вылить на него весь негатив.

Костя вернулся через полчаса с пакетами продуктов.
– Мама приходила? – неожиданно спросил он, не поворачиваясь.
– Да. С чемоданами.
– И что? Ушла?
– Думаю, навсегда.
Костя тяжело опустился на стул.
– Ну, спасибо, хоть меня не выгнала…
– А я об этом думала, – холодно заметила Валя. — Я так понимаю, она приходит втихаря и жрет мои запасы?
– Она просто… одна, понимаешь?
– А ты знаешь, дорогой, что она пыталась выгнать меня из МОЕЙ же квартиры? Она думала, что ты встанешь на ее сторону?
– Я бы встал, конечно… – Костя это произнес и тут же осекся.
– Ах ты козел! – Валентина схватила вазу с цветами и вылила всю воду прямо на голову мужа.
Костя сидел с мокрой головой, боясь пошевелиться. Мысль о возвращении в коммуналку приводила его в ужас.
– Валя, ну прости… Я тебя люблю… – заныл он.
Это выглядело так нелепо, что Валя расхохоталась.
– Иди уже, чудо ты мое! Я злая, но отходчивая. Живи пока…

А Яна Радионовна тащилась домой на автобусе. Было обидно до слез. В голове звучали слова невестки: «Старая калоша…»
Прошло три недели. И вот однажды вечером в дверь Валентины снова позвонили. На пороге стояла мама Кости. Теперь она выглядела совсем иначе. Лицо осунулось, во взгляде – пустота.
– Тебе чего? – холодно спросила Валя.
– Я… – Яна Радионовна закашлялась. – Я сказать хотела… Прости. Я была неправа. Я просто… хотела увидеть сына. Как там мой Костик?
Валя поджала губы.
– Я не буду вас больше тревожить. Валечка… Ты не могла бы дать мне немного денег? На лекарства…
– Так ты прощения просишь или денег?
– Валечка, ну дай мне… И я больше не приду.
Валя смотрела на нее долго. А потом сказала:
– Ну ладно. Устрою твою судьбу. Пойдешь жить в дом престарелых. Там уютно, кормят хорошо. Если хочешь, мама, могу тебя туда устроить.
Яна Радионовна онемела. Вонючая коммуналка и соседи-алкоголики совсем житья не давали…
– В общем, я все сделаю. Но с одним условием, – Валентина не сводила с нее взгляда.
– С каким?
– Ты оставишь нас в покое. Навсегда. Не звони, не пиши. Просто забудь. Я устрою твою старость, но не ради тебя, а ради того, что ты все-таки мать моего мужа.
А Костя в это время сидел на кухне и читал книгу «Искусство любви». Он так и не вышел к матери. Переживал только за себя.
Дверь захлопнулась. Яна Радионовна осталась стоять на лестничной площадке. В доме престарелых, наверное, и правда лучше… Хотя бы не будет так больно от того, что родной сын променял мать на деньги и комфорт.
Она медленно пошла вниз. В кармане лежала мятая тысячная купюра – Валя все-таки сунула ей денег напоследок. Чтобы отвязалась…
«Старая калоша…» – эхом звучало в голове.
А в квартире Валентина налила себе еще вина и включила любимый сериал. Жизнь продолжалась. Ее прекрасная, роскошная жизнь, в которой не было места для «старых калош»…