После аварии на Чернобыльской АЭС она покинула родной дом, но вскоре вернулась — и вот уже 36 лет живёт там одна.

84-летняя Мария Василенко — одна из тех, кого называют самопоселенцами: людей, решивших вернуться в зону отчуждения, несмотря на запреты. Сегодня она обитает в Чернобыле в одиночестве, ведёт хозяйство и полностью справляется с бытом. Для неё это не место бедствия, а родная земля, от которой она не смогла отказаться.

До катастрофы Мария вместе с мужем жила на Киевском переулке. После взрыва на станции их эвакуировали, и семья долго скиталась по разным городам, пока не решилась вернуться домой.

— Я из деревни Копачи, — рассказывает Мария. — Работала уборщицей в школе почти 30 лет. Потом вышла замуж и переехала в Чернобыль. Когда Копачи сносили, я плакала: это была наша земля, там стояли два родных дома… Всё разрушили и закопали.

После эвакуации семья жила в Чернигове, Киеве и Днепропетровске. Везде было временно и не по-домашнему. В итоге Мария решила вернуться.

— Приехала первой, — вспоминает она. — Осталась среди ликвидаторов, устроилась уборщицей в гараже на станции. Проработала там 16 лет.

Через несколько лет после возвращения умер муж.

— Похоронила его здесь, в Чернобыле. С тех пор живу одна. Уже тридцать с лишним лет, — говорит она спокойно.

Сын Марии живёт в Борисполе с семьёй, но мать навещает редко. Она же уезжать не собирается:

— Здесь мой дом. Я привыкла. Земля своя, всё родное.

Живёт скромно: ухаживает за огородом, заготавливает дрова, смотрит телевизор. Иногда общается с соседями-самопоселенцами, которых осталось совсем немного.

Несмотря на одиночество, в голосе Марии — ни капли жалобы:
— Бог дал мне жизнь — значит, так надо. Здесь я дома.